Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Функция Трансфера в 'Зелёном доме'
 
доклад на Международной конференции к 100-летию Франсуазы Дольто
(22-23 сентября 2008)


 
  
 


Поскольку все места уж слишком необычные, должно же быть хоть одно обычное место
- Льюис Кэрролл 'Алиса в стране чудес'


I. Трансфер на личность

В 1905 году во 'Фрагмент анализа одного случая истерии' Зигмунд Фройд впервые говорит об эффекте трасфера, описывая его как 'переиздание, копирование побуждений и фантазий, которые пробуждаются в связи с заменой прежней персоны - персоной врача' [1, S. 264], с которой пациент выстраивает привычные ему отношения. И если изначально Фройд считал трасфер побочным эффектом аналитической работы, то позднее он приходит к осознанию трасфера как основного механизма психоанализа, а развитие невроза трасфера необходимым условием аналитического лечения. И основным импульсом к развитию невроза трасфера в психоанализе является личность терапевта.

В 'Зелёном доме' - идея которого генеалогически восходит к теории Фройда, но который сам не является местом для психоаналитической работы - мы имеем дело с иными импульсами, которые запускают механизм трасфера и тем самым вновь ставят вопросы о самом его существе. Несмотря на то, что на площадке может сложиться ситуация аналитического трасфера на личность (не речки ситуации, когда приходящие обращаются именно с терапевтическим запросом или за психологической консультацией), тем не менее, сам формат 'Зелёного дома' предполагает не только постоянную смену принимающих, но и мобильность внутри троек принимающих, поэтому даже приходящая в одни и те же дни недели семья очень с малой долей вероятности встретит тех же самых людей, которых они видел в прошлый раз. 'Зелёный дом' вообще не предполагает сеттинга: сюда не обязательно ходить постоянно, здесь не обязательно нужно задавать вопросы и общаться с принимающими, здесь не обязательно рассказывать о себе, но это место организовано таким образом, чтобы устроить встречу человека с его желанием, встречу субъекта с Другим. Поэтому трансфер на личность нельзя исключать из работы полностью, но ограничиваясь его сопровождающей функцией.

Могу привести в качестве примера одну ситуацию на площадке 'Зелёного дома', которая может прояснить функцию принимающего:

Однажды во время нашей беседы с одной из мам, к ней подбегает её полуторагодовалый сын и начинает настойчиво требовать её грудь и довольно бесцеремонно запускает руки под мамину блузку. Она явно довольна таких обращением и поощряет поведение сына, поскольку 'настоящий мужчина всегда остаётся охотником за женщинами' - и отправляется на кухню, чтобы удовлетворить его просьбе. И уже взяв его на руки, она поворачивается ко мне, и говорит, что на кухне у неё есть очень вкусный молочный шоколад из Америки, которым она хочет угостить меня.

Она траслировала мне тот же соблазн преследователя, которым уже захвачен её ребёнок, который не только сын, но и мужчина по отношению к ней; молоко в данном случае обеспечивает не только эротичекую связь матери и ребёнка, но и связь мужчины и женщины. Она явно желает быть объектом охоты и готова изливать молоко из груди или молока из шоколада - в обмен на внимание мужчины / сына / принимающего.

'Неужели настоящие мужчины хотят только молока?' - шучу я, обращаясь к сидящему на руках ребёнку.


'Зелёный дом' располагает больше к интерпретации через действие, скорее к аналитическому акту, чем к пространным психологических раскладкам, поэтому в данной ситуации я ограничился лишь вопросом о странной связи 'мужественности' и 'молока', не развивая возможную линию трасфера на личность принимающего, которому тоже фактически предлагают женскую грудь. Это было продиктовано моим желанием (1) несколько десексуализировать акт кормления и показать, что для своего сына мать скорее мать, чем любовница, которая по первому требованию будет уединяться с ним на кухне, (2) поставить вопрос и для мамы и для самого мальчика, что значит быть мужчиной, такая аффективная зависимость от материнской груди явно не клеится с образом мужчины-завоевателя, которым она хочет его видеть, (3) наконец, для того, что перенаправить трасфер с моей личности на ту сцену завоевание груди, которую она раз за разом разыгрывает на площадке 'Зелёного дома'.


II. Трансфер на присутствие

Будучи основным двигателем психоаналитического лечения, трасфер является специфическим механизмом, предполагающим аналитический сеттинг, установленного порядка и продолжительности встреч и их оплаты, наличие запроса со стороны пациента и желания со стороны аналитика, из которого анализ черпает основные свои силы. То есть трасфер на личность работает в смоделированных условиях, тогда как 'Зелёный дом' не предполагает подобных нормативов: каждый приходит сюда тогда, когда ему того пожелается и вправе проводить время так, как сам того пожелает. Среди приходящих, например, всегда есть люди, которые не взаимодействуют с принимающими и используют 'Зелёный дом' как игровую комнату. Соблюдая лишь некоторые правила - родители не могут оставляют детей одних, пищу нужно принимать на кухне, и использовать велосипеды и транспортные средства в специальной безопасной зоне, - в остальном 'Зелёный дом' остаётся открытым местом для любых инициатив и субъективных проявлений.

Развитие трансфера предполагает не только продолжительное отношения, но и активной участие обоих сторон; по большому счёту, он вообще не является инструментом, поскольку аналитик сам является его частью и не может обходиться с ним так же сподручно как, например, с интерпретацией или прерыванием сеанса. 'Трансфер превосходит все аналитические средства' [2, P. 605], как выражается Жак Лакан в статье 'Ведение лечения' (1958), то есть, предполагает нечто сверх того, чем располагает аналитик. Трансфер не просто устанавливает знак равенства между аналитиком и некой фигурой из детского прошлого, но апеллирует к чему-то такому, что прежде было представлено родительской фигурой, а нынче запечатлело себя в личности аналитика. К той силе, которую эта встреча активизировала. Но почему бы такой встрече не состояться в пространстве 'Зелёного дома'? Как должна быть организована эта встреча со своим бессознательным? Какие пространственные требования для неё необходимы?

Трансфер предполагает не только участие двух сторон и задействует личность аналитика, которой тот должен 'пожертвовать' для развития фантазий у пациента, отдать для отыгрывания и интерпретации часть самого себя, но и предполагает наличие третьей инстанции. Лакан говорит о том, что в трансфер разворачивается в трёх координатах: аналитик, анализант и Другой (хотя позднее вообит ещё инстанцию смерти). Иными словами, в трансфере нет дуальных отношений, он лежит в плоскости не покрываемой интерсубъективностью, в трансфере всегда больше, чем две инстанции. Именно это позволяет аналитику занимать место по ту сторону воображаемых отношений - будучи и внутри и снаружи, - и работать с трансфером как со структурным образованием.

Если в психоанализе фигура аналитика являясь константой, 'мёртвой точкой' или опорой психоанализа, то в 'Зелёном доме', напротив, личность является не клинической постоянной, а переменной, поэтому побуждает приходящих сталкиваться с вопросом о своём отношении к другому: если я не знаю никого из этих людей, почему я чувствую расположение именно к этому человеку и не чувствую его к другому? если все они исполняют одну и ту же функцию, чего я ищу от них (или в них) помимо доброй услуги? какие фантазии я переношу на них и какие из них я могу здесь реализовать? - задавая эти вопросы, ты находишь те же бессознательные опоры в повторении отношений, что лежат в оснвоании психоанализа. С той лишь разницей, что опыт этот принадлежит настоящему времени и месту. То есть в центре работы 'Зелёного дома' оказывается не 'копирование побуждений и фантазий', а их оригинал, не личность врача, а сама сцена, само место действия.


III. Место трансфера

В семинаре 1964 года Лакан говорит о развитии трансфера уже не на личность, а на 'присутствии аналитика'. Таким образом, он совершает принципиально важный ход, концептуализируя трансфер как одну из четырёх опорных точек психоанализа. Вместе с тем, он переводит в клинический регистр тезис Хайдеггера о том, что 'присутствие-с всегда подразумевает присутствие-в', присутствие-в-мире, присутствие-в-социуме, разделяемое вместе с другими. Именно это 'присутствие-в-месте', сопричастность к некому опыту, в котором каждый занимает свою долю, и является отправным пунктом как для трансфера в психоаналитическом кабинете, так и на площадке 'Зелёного дома'.

Когда рабочий день в 'Зелёном доме' уже закончился, один мальчик, не желая уходить домом, садится на машинку и переезжает через красную линию в зону для тихих игр, чего он никогда прежде не делал. Комментарий принимающего как раз обратил ребёнка к этой безличной функции закона: 'Даже, когда здесь никакого нет - правила всё равно существуют'. Ведь они не придуманы никем из принимающих и никем из родителей, они не осязаемы, но тем не менее, существуют.

Мари-Элен Маландран говорит о диспозитиве 'Зелёного дома' как о 'необходимом для ребёнка присутствии другого в определённый момент структурирования его психической системы' [3, P. 5]. И этим другим может стать один из принимающий или само событие приёма, в котором участвуют все находящиеся на площадке, или сама логика места. По этой причине событие приёма не возможно сравнивать с аналитическим 'случаем', поскольку в нём перекрещиваются действия, желания, обращения, истории разных субъектов. Именно событие приёма в 'Зелёном доме' демонстрирует, что Другим оказывается именно логика места; отношение к Другому - это всегда отношение к его месту, месту слова, встречи, приёма, в котором обнаруживают себя те социальные связи, которые Фройдом именует 'бессознательным'. Поэтому 'Зелёный дом' скорее позиционирует себя как социальный проект, и поэтому он более адекватен идее Фройда и скорее поддерживает психоаналитический дискурс, нежели те места, которые предлагают психологическую поддержку или консультацию.

Если и можно говорить о функции поддержки в 'Зелёном доме', то это может быть поддержка трансфера на место в его вопросительной форме. Поддержки человека в его неустанном задавании вопросов, пример которого дают нам дети. Мари-Элен Маландран говорит о том, что функция принимающего состоит в 'поддержке того особого момента, когда ребёнок создаёт свои детские теории' [3, P. 4]. Фиксации той уникальной встречи со своим бессознательным, которую там легко можно нигилировать при помощи психолого-бытовых объяснений (которые не менее легко разделываются со всеми проявлениями бессознательного), вроде 'драться не хорошо' или 'мать должна любить своего ребёнка'. 'Зелёный дом' создаёт то место, в котором столь необходимый вопрос 'почему?' может быть задан человеком самому себе. Поскольку 'правильное' или 'неправильное' здесь поддаётся диалектике и объяснению, а не использует просто апелляцию к власти.

Психическая структура - это и есть место субъекта по отношению другому, способ разделения времени и пространства, в котором и возникает субъект. Именно в этом разделении чувственного опыта формируется психический мир человека, с его влечениями и объектами, со становлением которых имеем мы дело в работе 'Зелёного дома'. В той мере, в какой бессознательное представляет собой систему социальных связей, в которую каждый - и принимающий и приходящий - в той или иной степени включён. То есть трасфер на место присутствует как у приходящих, так и у принимающих. Например, в обсуждениях команды часто возникают вопросы об одежде приходящих детей: годовалая девочка, которая лишь однажды появилась в платье и мальчик, которого родители до трёх лет одевают во всё жёлтое. По самому этому факту - хотя родители детей никак не обозначали эти вопросы - можно судить о доле команды в поддержании бессознательных социальных конвенций. И о той роли места 'Зелёного дома', которое позволяет обнаружить и поставить эти вопросы как внутри команды, так и для родителей. В трансфере всегда участвуют несколько сторон, и трансфер на место 'Зелёного дома' не является исключением. Поэтому вопрос о значении проекта задают не только приходящие, но и сами принимающие: 'Что мы должны делать?', 'Какова наша позиция?', 'Чем может быть полезен 'Зелёный дом' именно этой семье?' - весьма частые вопросы на обсуждениях команды.

[1] Freud S. Bruchstuck einer Hysterie-Analyse (1905) // Freud S. Gesammelte Werke. Chronologische Georduet. Fischer taschenbuch Verlag, 1999. V, S. 163-269
[2] Lacan J. La direction du cure et les principes de son pouvoir (1958) // Ecrits. P.: Seuil, 1966 - P. 585-645
[3] Malandrin M.-H. Celui qui dit... Un eternal alibi... // Lire Dolto aujourd"hui. Colloque. Strusbourd, 2000
 
Яндекс цитирования
 


В чем преимущества Palomar | Лечение импотенции (эриктильной дисфункции) | В наличии и под заказ колодки Форд